Кому бы пришло в голову, что пустяковое происшествие способно определить всю мою дальнейшую жизнь. Тогда я был одинок и снимал комнату в доме, где жили научные сотрудники. В один из весенних ленинградских вечеров я устроился у распахнутого окна и смотрел на деревца в сквере, уже затянутые светло‑зеленой молодой дымкой. Верхние этажи домов горели бледно‑золотым закатным светом, а нижние постепенно тонули в синеватых сумерках. Вдалеке поблескивала Нева, и отчетливо вырисовывался шпиль Адмиралтейства. Все вокруг было удивительно хорошо — не доставало лишь музыки. Мой ламповый приемник как назло вышел из строя. Из-за стен едва пробивалась мягкая мелодия из соседней квартиры. Я невольно завидовал соседям и наконец решил, что Антонина Ивановна, жившая рядом, наверняка без особого труда помогла бы привести радио в порядок. Лично я с ней не был знаком, но знал, что она работает ассистентом в физико‑техническом институте. На лестнице мы всегда обменивались вежливыми поклонами, и мне показалось, что этого вполне достаточно, чтобы обратиться к ней с просьбой…