Тень промелькнула и пропала. Прохожий вздрогнул и остановился в растерянности: «Что бы это могло быть?». Он оглянулся и увидел её. Рыжая лайковая перчатка. Она лежала на сером, окутанном поздними сумерками снегу, и свет от покачивающегося на ветру фонаря то отступал, то снова обозначал её контур. «Какая-то растяпа потеряла», – размышлял человек, поднимая находку и стряхивая с неё невесомый снег. «Правая, правая… Где же твоя пара? – мужчина поднёс её к лицу и принюхался. – Какой тонкий, таинственный аромат! Так пахнет дурман-трава на закате», – подумал прохожий, пытаясь представить хозяйку потерянной вещи. — Надо положить тебя на видное место. Глядишь, владелица спохватится да и вернется, – произнес он вслух и, поймав себя на этом, насторожился. «Что-то я стал заговариваться», – подумал одинокий художник. Он оставил перчатку на металлическом заборчике у края заснеженного тротуара, тоскливо посмотрел по сторонам и отправился к себе домой – в пустую холостяцкую берлогу.