В романе, полностью состоящем из прямой речи, очередь – метафора человеческой жизни вообще. Каждая реплика добавляет штрих к портрету эпохи и в то же время повисает в воздухе, принадлежит всем – и никому. Советский союз. В огромной многокилометровой очереди стоят представители разных социальных групп, мировоззрений и профессий. Стоят кто за чем, некоторые даже не знают, что именно привезли, но раз очередь есть – значит, что-то ценное и надо брать. Всех волнуют одинаковые вопросы: импортное или нет, много ли в товаре брака, кто из продавщиц отпускает быстрее, сколько дадут в одни руки, а главное – хватит ли на всех? Кто-то пытается пролезть вперед, кто-то просто сохранить свое место, кто-то отходит, кто-то возвращается. Весь роман состоит из диалогов, выкриков, случайно пойманных фраз, ссор, споров и перекличек. Жизнь бьет в этой очереди через край: размышления о поэзии Евтушенко соседствуют с исповедальными историями о загубленном счастье, предложения пойти за угол выпить на брудершафт – с оголтелой дракой, а нецензурная брань с настоящей неподдельной любовью, которая, как это водится, спасает главного героя.