Кошмар на улице Стачек. Обнесенные «Ветром». Попутчики
Кошмар на улице Стачек (Улицы разбитых фонарей - 01) Июнь 1990 года. Жаркое южное солнце раскалило крышу СИЗО города Владикавказа, отчего внутри тюрьмы, битком набитой подследственными, температура превышала все мыслимые пределы. В одной из камер с двухъярусными нарами, где сидели особо опасные, распахнулась дверь, и конвоир ввел парня лет двадцати восьми, причем, в отличие от всех обитателей камеры, он был русским. — Кузьмин, — представил его конвоир. — Наркотики. — И подтолкнул его в камеру. — Располагайся. Дверь закрылась. Парень стоял в центре, переминаясь с ноги на ногу. Новичок. Зеки переглянулись. — Гомерзик, подай-ка полотенце, — обратился к нему один из сидевших. Кузьмин взял полотенце, висевшее на нарах, и протянул мужику. Но тот как бы невзначай выронил его из рук, и оно мягко упало между Кузьминым и уголовником. По тюремным законам поднять полотенце должен был слабейший. Кузьмин не шелохнулся. — Подними, — приказал зек. — Ты уронил — ты и поднимай. — Ты, что, щенок, смерти ищешь? — сказал зек, медленно поднимаясь с нар. — Я за мокрое сижу, а ты — за какой-то кумар. Подними полотенце! Кузьмин посмотрел вокруг и направился к свободным нарам. Удар в спину потряс его. Зек двумя руками, сложенными в замок, саданул его сзади. Кузьмин устоял, подпрыгнул на месте, и его нога, описав большую дугу, смачно врезалась в висок мужика. Зек отлетел к дверям. — Бей хачка! — раздались голоса, и человек пять бросились на Кузьмина. Кузьмин успел отбиться от двоих нападающих, но тут получил чем-то тяжелым по голове и свалился на нары. Побои посыпались на него со всех сторон. Чьи-то руки потянулись к пуговицам на его ширинке, и он почувствовал, как с него начали стаскивать брюки. Накинутое на шею мокрое полотенце сбило дыхание. Кузьмин закрыл глаза и потерял сознание. Обнесенные «Ветром» (Улицы разбитых фонарей - 02) Все знают, что пить вредно. Однако отдельные несознательные граждане порой все же «употребляют», а потом бросаются головой вниз с балконов. Вот и пришлось операм из восемьдесят пятого отдела во главе с Андреем Кивиновым расследовать самоубийство пьянчужки. Сыщицкий нюх не перешибешь перегаром, а поэтому и не удастся злодеям подсунуть милиции «липу». Цепочка следов приводит Кивинова в святая святых покойного - на ликеро-водочный завод. Попутчики (Улицы разбитых фонарей - 03) Все знают, что пить вредно. Однако отдельные несознательные граждане порой все же "употребляют", а потом бросаются головой вниз с балконов. Вот и пришлось операм из восемьдесят пятого отдела во главе с Андреем Кивиновым расследовать самоубийство пьянчужки. Сыщицкий нюх не перешибешь перегаром, а поэтому и не удастся злодеям подсунуть милиции "липу". Цепочка следов приводит Кивинова в святая святых покойного - на ликеро-водочный завод.